12 февраля 2018 г.

Работа. Оля.

Понятно, что одному человеку нереально сделать проект полностью самому, поэтому Р кроме меня позвал ещё и Олю. Оля, по его словам занимается разработкой планов, ни в каких отпусках не была, перерывов в работе не делала, красавица, умница, да и вообще молодец. На мою долю выпали фасады, затем технология и описательная часть, а кто именно будет вычерчивать все узлы и детали, будет видно позже. Я ждала встречи с Олей несколько дней, потому что никак не могла поженить её перегородки в планах с моими окнами на фасадах.
Входит. Фигурка  классная: гибкая, тонкая, звонкая. Каблуки, платье и локоны, локоны, я бы даже сказала кудри... Нет, такие откровенно кукольные белые локоны, уложенные волосок к волоску,  я вообще-то считаю странными и не современными, но внешне мне Оля очень понравилась. Я сходу решила, что ей лет 36, и она прекрасно выглядит.
Оля здоровается, просит Р открыть её планы в последней редакции, ну и мы все собираемся у моего компьютера, обговаривать нюансы. Я ей тычу в перегородки, а она меня спрашивает, не полагаю ли я, что она за ради моих красивых фасадов должна нарушить площади классов и поставить перегородки туда, куда мне удобно? Я откровенно говорю, что именно так и полагаю, на что слышу: «-Нет». После некоторых споров, она мне сказала, ну мол ладно, вот тут согласна, вот тут посмотрю, а вот тут останется так, как я уже сделала.
И тут она мне говорит: - А давай вот тут второй этаж консолью сделаем. Ну вернее не второй, а со второго и до самого верха.
Я: -?
Она: - Ну вот прям вынесем. Метра на два.
Я: - Да нет, и пол метра уже много.
Она: - Из-за пол метра – не стоит и заморачиваться, давай на два. Кто здесь конструктор? Подойдите-ка ко мне. Проконсультируйте, а можно мы вот здесь на два метра вперед три верхние этажа консолью вынесем?
Конструктор даже подходить к нам не хочет. Всем своим видом показывая, что ее это вообще не касается. Я ж не рассказывала Оле, что со мной тут вообще-то никто не разговаривает и женщины на меня волками смотрят. Оля настаивает. Конструктор идёт. Смотрит. Говорит, что нет, консоль так делать нельзя. Дальше Оля подзывает к себе жестом Леонардо, перед которым тут представительницы женского пола  лебезят и одновременно с ним флиртуют.
Оля: - Как вам будет удобнее, чтоб я к вам обращалась?
Он: - Леонардо.
Оля: - Леонардо, когда же будет готова четкая конструктивная схема здания?
Он мычит.
Оля: - Когда будет известно сечение ваших колон и их ориентация?
Он: - Сейчас я позвоню и узнаю.
Оля: - Ну не надо прямо сейчас звонить, если вам необходимо время на обдумывание, я подожду. Заодно узнайте можно ли отказаться  колонны вот тут(?) она мне мешает. И вот тут. И из чего делаем внутренние стены? И почему вы не хотите штукатурить? И какой узел в этом деформационном шве? И какая технология изготовления у ваших панелей?
Мы все внимательно слушаем у неё за спиной. Тут она оборачивается, видит забор из людей и говорит:
- Ой, ну давайте уже, прикатите стулья, чего ж я сижу одна как королева, а вы все стоите?
Короче, Оля – супер!  Ну просто супер!
Нууу слово за слово она мне говорит:
- У нас по новым нормам не проходит школьный актовый зал. Надо на 900 мест, а у нас всего на 370 получается.
Я: - Ну если честно таких огромных сборищ в актовом зале и не бывает. Праздники обычно для параллели, ну должны вместиться 4 класса, учителя и родители. Ну сколько это? 200 человек? 300? У нас самый лучший концертный зал в городе на 1000 мест, а мы в школе должны что-ли уместить 900?
Оля: - Я в школе то была последний раз, когда сама училась, я и не помню, как там всё устроено. СП я полностью прочитала, вот ещё жду от Р чёткое задание на проектирование.
Я: - Я тоже техзадание мечтаю увидеть. А вот в школу весь последний год ходила как к себе домой. Почти ежедневно, я ж выпускным занималась. Да и сейчас 2 раза в неделю хожу с мелким на занятия, только уже в другую.
Оля: - Каким выпускным? Я не поняла, у вас что, взрослый ребенок?
Я такая про себя думаю, ни фига себе комплимент, это ж я, наверное,  замечательно выгляжу и отвечаю: - Ну у меня дочь уже первокурсница МЭИ.
Оля: - Вы что, так рано родили?
Я: - В смысле рано? Я в 23 года родила, а сейчас мне 41.
Оля: - Ну я ж и говорю. Кто ж так рано рожает?
Я: - Нуууу я знаю, что сейчас молодёжь детьми обзаводиться не торопится, но вроде 23 – и не рано…
В моей голове защелкал калькулятор, но я так и не поняла сколько же ей лет? Ну то есть детей у неё значит нет, и рано, это до скольки? До 30-ти что ли? Ей тогда не 36, а 26 наверное. Ну тогда, она и не так здорово выглядит, как я изначально решила. Боюсь, восхищение в моих глазах сменилось на внимательный прищур, хотя общего впечатления это всё равно не испортило, Оля мне очень понравилась. Очень. И как так умеет человек? Появилась на пару часов - и построила вокруг себя всех.
Оля говорит: - Р сегодня именинник, он там торт принёс , пойдемте все пить чай.
Все встают, берут свои чашки. Режем торт, поздравляем Р с 44-ёхлетием. Болтаем, смеёмся, убираем, расходимся по местам.
ГАП (та которая ходит на работу с собачкой) за всё это время из-за стола даже не встала, из своей стекляшки не выходила, ни с кем из нас не разговаривала. Мы ей оставили кусок торта на тарелке, но она к нему так и не прикоснулась. Вечером перед уходом домой, я этот кусок съела, о чём сообщила Р, попрощалась с ним и ушла.

9 февраля 2018 г.

Работа, работа.

Во второй и третий день ничего интересного не произошло, кроме того, что я заблудилась когда ехала домой. Вышла на трамвайную остановку села на «четверку», проехала три остановки. Снова вышла, чтобы пересесть на «второй»… Подъезжает трамвай за нумером «1» и многоуважаемый вагоновожатый, высунувшись в окно, дурным голосом орёт: «Все садитесь ко мне! «Двоек» не будет!» Толпа с остановки хлынула бурлящим потоком в трамвай.
Где я? В Советском Союзе? Вы давно ощущали на себе что такое давка в общественном транспорте? Я вот лет 25 уже не ощущала.
Это капец.
Мне повезло, так как места совсем не было я практически вошла в кабинку водителя.
Она мне: - На линии порыв. По «двойке» ходить трамваи не будут. Сейчас вы все выйдете, встанете на дорогу, за вами приедет автобус и всех развезёт.
Я: - Какой автобус?
Она: - Жёлтый. С подсолнухами.
Я: - Вы извините, я второй день на работе, я никогда в промзоне не была, махните хоть рукой, где именно мне встать…
Весь трамвай вышел. Люди возмущаются. Приходит еще трамвай, тоже всех высаживает. Приходит третий. Толпа становится невероятной. И всё бы ничего, но я утром забыла дома телефон. Мне бы хоть в Гуглкарты заглянуть, мне бы хоть как-то сориентироваться.
Какие-то парни заржали и поскакали в одну сторону. Какие-то тётки сбились в стаю и двинулись в другую. Я поплелась вслед за тётками. Иду и плачу. Ну вот реально реву. Думаю, ну что за дура, ну как можно было телефон забыть? Ведь договаривалась с мужем, что позвоню ему, и он меня с работы заберёт, а тут и телефон не взяла, и решила: сама, всё сама. А взрослой тётехе из-за поломанных трамваев реветь как-то стыдно. Иду, глаз на прохожих не поднимаю. Ладно, спишем это на гормоны, ну или на нервное напряжение на работе. Вышла в городскую черту. Вижу автобус. Хер с ним, с номером, и с тем в какую сторону он идёт. Да, не по пути, зато в город. Вышла на площади Ленина . У вас ведь в городе тоже есть площадь Ленина? И все дороги ведут туда, а вовсе не в Рим? Отсюда, конечно, я знаю как в любую сторону ехать. Вытерла слёзы, прыгнула в маршрутку, поехала за Федькой в детский сад. Забрала ребенка, выходим, у калитки садика стоит мой муж с квадратными глазами:
- Я уже и твоему Р позвонил, и в вашу фирму, и Полине домой. Ты чего?
Я: - Ну всё нормально же. Ну подумаешь по морозу полтора часа по городу гуляла.
Приезжаем домой.
Дочка: - Мама, как плохо без тебя. Ты только устроилась, а я уже третий раз ужин готовлю, а сегодня ещё и у телефона твоего дежурю, жду когда воспитатель из детского сада позвонит, и спросит, собираемся ли мы Федьку домой забирать.
Дома, вижу, всё хиреет. Прям резко. Раковины какие-то грязные, полы на кухне тоже. Плита не блестит. Еда на ужин какая-то не вкусная, ни тебе разносолов, ни даже свежевыпеченного хлеба. Мои амадины, хомяки и радужный краб, тоже какие-то грустные стали. А когда после ванной Федя заявил, что у него нет ни одних свежих трусов, я вообще прифигела. Включили стиральную машинку на ночь.
Девки, те кто обычную пятидневку работает, как вы всё успеваете? Когда ж тут кукол шить и маслом рисовать? Тут же ж вечером поужинала, сапоги и голову помыла, и лежишь бревном, ничего делать не хочется.

7 февраля 2018 г.

День первый.

В 9 часов я встретилась с Р (Р – это мой бывший начальник и хозяин маленькой обанкротившейся сейчас конторы, который-то и пригласил меня поработать в известную в нашем городе итальянскую фирму). Встретились мы в бухгалтерии, чтобы подать заявление о приеме на работу. Самого Р позвали в эту фирму ГАПом, на один срочный муниципальный объект, ну а он в свою очередь позвал меня и Олю архитекторами.
Заявление написала, отдала. Директора фирмы при этом в глаза даже не видела, видела только девочку, взявшую у меня из рук заявление и копии документов. И мы с Р поехали, собственно, в офис.
Офис находится далеко, в промзоне, так просто не доедешь, от моего дома нужно ехать на 2-х трамвайчиках, с пересадкой. Предупреждая вопросы скажу: к моему стыду, водить машину я не умею, прав у меня нет. В этот день у нас на улицах творился апокалипсис. На всех дорогах и тротуарах воды выше щиколотки, а под ней - лёд, поэтому я пошла в резиновых сапогах. Плюс ещё дождь и ветер, вырывающий у меня из рук зонт. С горем пополам мы добрались.
Входим.
- Добре, джорно, - мне протягивает для пожатия руку итальянец (назовём его Леонардо).
Смотрит мне на ноги: - Я в таких сапогах только на рыбалку хожу.
Я отвечаю: - Ну так я и шла на рыбалку.
Леонардо: - Пойдемте выпьем кофе, и все познакомимся.
Входим на кухню. За круглым столом сидят четыре лица женского полу, ну и Леонардо подсаживается к ним.
Тётя предпенсионного возраста, типажа Мариванна: - Р, ну вы нас познакомьте.
Р: - Это Юля, она архитектор, будет здесь работать.
Леонардо: - Я - Леонардо, это Наташа, это Мариванна – конструктор, эта дама Любовьтакаятовна – архитектор.
Любовь: - Я вообще-то здесь ГАП!!!
ГАП расшифровывается как главный архитектор проекта. Ну вы поняли…
Вижу змеиные взгляды трех пар глаз: - Юля, а из какой вы фирмы?
Я: - В смысле? Ну я у Р работала, а еще раньше в Архитектурно-Планировочном бюро при администрации, это было ещё при С, - я то думала, что тётушка в том возрасте, в котором все знают, что существовало в нашем городе такое бюро, и кто такой ныне покойный С, тоже все в курсе. Вижу по реакции, что ей эта инфа ни о чем не сказала.
Тут Любовьтакаятовна: - Нууу, я бы вам сказала, если б мы были тут впятером…
Мне ж объяснять ничего не надо, я прекрасно считываю любую инфу прямо из космоса, я сразу поняла, что мы с Р как раз шестой и седьмая, а значит вроде как лишние.
И тут внезвпно слышу какой-то визг и лай.
Оглядываюсь: - У нас что здесь собака?
Все молчат, собака лает, ветер носит. Через секунду замечаю у Любови под мышкой маленькую собачку в свитерке, ну и она сама в свитерке, и пёстрая вязка как-то сливается, поэтому под рукавом свитера я зверя и не заметила. Надо же, думаю, какая у Любови любовь к животным, люди сидят за столом, пьют кофе, и собачка тут же. Я кипяток пить не умею, жду когда остынет. Только я беру чашку в руку, как все пять человек синхронно встают и выходят из кухни. Мы с Р допиваем свой кофе, и идём за свои компьютеры.
Отношения между коллегами интересные. Фразы такие: «Леонардо, попробуй желе, Наташа специально для тебя готовила», «Леонардо, что ты делаешь? Ну как так можно? Держи себя в руках! Невоспитанный итальянский дикарь! ДИКАРЬ! И голову лечи тоже!» - это реакция дамы с собачкой, на то, что Леонардо чихнул, «Леонардо, у нас нет денег, купи уже большой чайник». Всем весело.
За весь день мне в офисе никто не сказал ни слова. Когда я мыла чашку на кухне, тётушка, заглянув туда, сразу вышла. А когда я села на своё рабочее место, те же дружные пять человек разом встали, и закрылись на кухне под весёлый смех и звон чашек.
Ну как-то так.